Category: лытдыбр

MV

ложное, но яркое

Давным-давно, когда старшие дети были ещё небольшие, а младших не было, коллега по кафедре культурологии МАИ дал мне почитать биографию Витгенштейна и посмотреть "Властелин колец" в переводе Гоблина. Витгенштейн здесь не при чём, так, для хвастовства. А в "Братве и кольцо" на меня сильнейшее впечатление произвёл эпизод в Остранне, когда хранителей выслеживают патрулирующие стаи птиц.
Диалог, который при этом звучал, я запомнила так:
- Какие странные вороны...
- Это не вороны, это боевые ласточки Урук-Хая, - объясняет Гэндальф.

Восторгу моему по поводу аллюзии на "мы в легионы боевые связали ласточек - и вот не видно солнца" не было предела. Второе место заняла фраза "История стала легендой, легенда превратилась в миф, - а потом и анекдотов насочиняли".
В общем, кайф.
На другой день вечером я кассеты дома не нашла: оказалось, что Матвей взял её в школу, после школы они с друзьями попёрлись к товарищу, родители которого были на работе, устроили коллективный просмотр, - да там она и осталась.
На третий день дело повернулось совсем уж дурной стороной: кассету принесли в школу, всё норм, а потом что-то случилось, и теперь у неё отбит угол.
Я была в ужасе, - меня вообще всю жизнь не оставляет контрастный душ из умиления: какие ж люди добрые, вообще со мной разговаривают, задаривают всякие ништяки и украшают, - и ужаса: они-то добрые, а мы что творим! - ну, быстро понеслась на Горбушку и купила кассету на замену.
Там всё было как надо. Ну, примерно. Но ласточек там не было!

"Шпионы Сарумяна, специально обученные военные дятлы", - вот как там было.
И ещё многих прекрасных фраз, которые я вроде как запомнила, там как-то не находилось.
...Вот так вот я и вообще общаюсь с миром.
"История стала легендой, легенда превратилась в фарс", - а не в миф.

Так формируется потребность в верификации впечатлений.
MV

текущее: я люблю декабрь

Я люблю декабрь, потому что этот месяц наполняет меня чувством волшебных санок, катящихся не с горы, а в гору с лёгкостью Мэри Поппинс, севшей на перила, чтобы подняться с первого этажа на второй. Началом рождественского поста сели, - и понеслось: тёмный воздух, режущий ветер, снег крупкой, снег хлопьями, чёрный лёд, проблески солнца, свинцовые тучи, ночное небо, звёзды и месяц, а за месяцем луна, дубеют руки, жжёт лицо… Скорее, скорее, 29 ноября – именины Матвея, потом мой день рождения, потом Катенин день ангела, сразу за ним день рождения Мотьки, едва дух перевели – именины Андрея, ещё чуточку – Андреев день рождения, он же западный сочельник, вот и верх, - вперёд-вперёд по ровной макушке года-горы, и с 2 января – спуск, долгий и медленный, к летним золотым и зелёным полям.
В этом году разные мелкие утеснения подпортили самый праздничный месяц, венец моего года.

Collapse )